/ / Лучше сидеть дома, чем в больничной палате.

Лучше сидеть дома, чем в больничной палате.

28.04.2020

Лучше сидеть дома, чем в больничной палате.
Интервью с хирургом , работающим в первой зоне опасности в Алматы.

Бахтияр Бекишев, заведующий хирургическим отделением больницы скорой неотложной помощи. Когда его клинику перевели в разряд провизорных центров, он как и многие другие медики, оказался в вынужденном отпуске. Но к тому, что очень скоро его руки могут пригодится был готов с первых же дней карантна, тогда же и собрал «тревожный чемоданчик».


-Когда Вам предложили идти работать в инфекционной больнице, о чем вы подумали? Сомневались ли? Была ли у вас возможность отказаться?

-Я был месяц в отпуске, но постоянно связывался с теми, кто остался работать, консультировал их, к тому , что меня могут вызвать был готов. Дома я давно подготовил по совету жены тревожный чемоданчик, она тоже медик. И мне , действительно, позвонили, но позвали не в свою клинику, а в инфекционную больницу. Там нужен был хирург. Сейчас такое время, что уже нет понятия своя больница, чужая, мы все сейчас одна команда. Но, честно скажу, я испугался, хотя и согласился. Я тут же начал обзванивать команду, с которой работал в БСНП – это врач-хирург Мурат Ахметов, медсестры Нурсулу Айтбаева, Гульмира Джолдасбекова, Гульшат Мешетбаева, Ирина Стаценко. К моей радости никто не отказал мне, ассистент- врач и медсестры согласились идти работать со мной, хотя я и предупредил, что это опасно и очень высокий риск. Выехали на место в течение полутора часов, встретились с руководством больницы, все осмотрели, определили, что нам необходимо для работы, по сути с нуля начали, потому что у инфекционной больницы были иные функции. На подготовку у нас ушло два дня.
-А что в тревожном чемоданчике доктора?
-Вещи первой необходимости и фотографии близких я положил. То есть там, все , что нужно для быстрого переезда и жизни на новом месте.
-Что сейчас входит в ваши обязанности? Насколько это сложно?
-Мы не оперируем, мы продолжаем лечение, делаем перевязки, чистки, но пришлось стать универсалом, вспоминать, чему учили и в университете, потому что лежат пациенты с разными патологиями, хирургические, травмы, артериальной гипертонией, инсультами, неврологией, урологией. Приходится много читать, консультируемся с коллегами. Хочу отметить, что больше всего мне помогла заведующая инсультного отделения БСНП Ляззат Аяганова, даже ночью она дистанционно проводит онлайн-консультации, делает назначения. Очень поддерживает меня мой друг, торакальный хирург, Тимур Ешмуратов, консультирует по лечению пациентов с патологиями в области грудной клетки. С нами еще трудится врач-инфекционист Баян Оспанбаева, она нам тоже значительно облегчает работу.

Мы также консультируем больных в других инфекционных больницах по лечению хирургических пациентов. Повторю еще раз, врачи сейчас – одна команда, причем пандемия объединила медперсонал всего мира.
-Вы сказали, что сначала испугались, как потом победили этот страх?
-Честно говоря , сначала был мандраж. Первый страх, который возник, это боязнь, что не справлюсь, ошибусь, вирус новый, для меня работать в противочумных костюмах было первым опытом, хотя в медицине я давно. Второй страх – это заболеть самому. Но самый основной страх – это , что может заболеть кто-то из моей команды, ведь этих людей позвал я, значит несу за них ответственность, они поверили мне и пошли за мной, я обязан их вернуть домой к своим семьям здоровыми. В таком состоянии я отработал первый день. Тревожно мне было, не смог уснуть тогда, но потом мы вышли на новую смену, я успокоился, увидев, что мои ребята работают как часы, результат у нас не плохой идет. Сейчас перестал тревожиться, а просто делаю то, что умею и могу.
-Как себя чувствуют пациенты, в каком они психологическом состоянии?
– Они ждут нашего обхода, это стало их смыслом, когда мы приходим, они не хотят отпускать нас, просят поговорить с ними по человечески , рассказывают про себя. Мы задерживаемся с ними , стали тут психологами, потому что людям нужна наша поддержка не только врачебная, но и человеческая. Одна пациентка ,когда мы пришли к ней впервые, отвернулась, не хотела говорить, она была в подавленном состоянии. Мы потихоньку ее разговорили, на следующий день эта женщина стала улыбаться, а это признак выздоровления, о чем я ей сказал.


-Находите вы время на общение со своей семьей?
-Каждый день мы общаемся после всех дел с женой и сыном онлайн, но это случается после работы и всех консультаций только ночью. Моя жена тоже врач, работала в институте педиатрии, сын учится в медицинском университете. У меня сейчас есть мечта, которая греет меня, это, конечно, увидеться с семьей и поехать в горы вместе. До карантина походы в горы было нашим хобби, я хочу, чтобы это вернулось.
-Чтобы вы хотели передать казахстанцам как врач с первой линии опасности?
-Я сам сомневался, пока дома находился и не увидел своими глазами. Эта инфекция есть, она высококонтагиозная, быстро распространяется и может вызвать тяжелые осложнения. Я говорю всем своим близким , чтобы они не выходили без надобности из дома, повторю это и всем остальным. Пожалуйста сидите дома, не устраивайте праздников, мойте руки, носите маски. Лучше сидеть дома в четырех стенах при хороших бытовых условиях рядом со своими близкими, чем в больничной палате, не имея возможности общения и выхода за дверь. Вот это я хотел сказать людям, которые все еще сомневаются.